- Услуги
- Цена и срок
- О компании
- Контакты
- Способы оплаты
- Гарантии
- Отзывы
- Вакансии
- Блог
- Справочник
- Заказать консультацию
Структурные особенности глобального информационного пространства включают в себя ряд феноменов, часть из которых проявлялась с момента ее зарождения. Другая часть вышла на арену только на определённой стадии развития и, усугубляясь с течением времени, высвечивает новые, менее явные феномены и тенденции.
Так одним из наиболее существенных проявлений глобальной коммуникации является ее свойство саморазвития и самоструктуризации.
Отечественная теоретическая мысль, долгие годы существовавшая в методологической изоляции, в условиях диктата единой методологии диалектического материализма и плановости народного хозяйства проблему самоорганизации обходила стороной, о чем свидетельствует исследование Р.Ф. Абдеева, который упоминает целый ряд причин, по которым тезис о самоорганизации различных структур в советской науке, практически, не рассматривался. Не смотря на это, немногочисленные попытки осмыслить проблему все же предпринимались.
И, хотя понятие самоорганизации в материалистической диалектике существовало, определяясь как «способность системы к стабилизации некоторых параметров посредством направленного упорядочения ее структурных и функциональных отношений, с тем, чтобы противостоять энтропийным факторам среды», роль ее трактовалась как вторичная по отношению к факторам внешним.
Таким образом, декларировался принцип организации извне, что могло, в известной степени, объяснить некоторый изолированный круг процессов экономического и социального, узко технологического порядка, и вполне соответствовало идеологическим постулатам. В отношении же столь сложных систем, каковыми являются системы информационные, в особенности современные, данный подход не срабатывает и приводит к искажению реального положения вещей.
Используя системный подход, данная концепция выдвинула тезис о существовании организационной целесообразности, в силу которой система организуется, и которая обеспечивает возможность ее развития в ходе функциональной эволюции, предваряя целый круг современных положений теории систем и кибернетики.